От любви до ненависти и обратно. Часть 2.

Часть вторая. Проводник в глубокое. 

 

Шагаем вслед, вслед, вслед,

Туда, где тень, тень, тень...

 

Второй тип отношений, на которых мне хотелось бы остановиться, это отношения брата и сестры, в которых фигуру брата можно рассматривать как  фигуру Анимуса, проводника. 

В нашей сказке его роль принадлежит брату по имени Решнер.  Налет эротизма окрашивает отношения сестры и брата. Интересно, что имя брата упоминается в сказке лишь один раз, в самом начале, когда мы узнаем об их теплых и нежных отношениях. Затем он именуется просто братом, а затем – кучером, что вполне соответствует статусу проводника. Брат и сестра нежно любят друг друга. Настолько, что брат пишет портрет сестры, перед которым проводит долгие часы.  Как пишет Генри Абрамович, глубокое чувство близости происходит от соединения родственности и эроса в лице одного хорошо знакомого человека.  В мифологии можно найти множество примеров брака между братом и сестрой, например, Зевс и Гера, Изида и Осирис. Здесь речь идет, конечно же, о божественном браке, о естественном соединении того, что когда-то было разделено. Миф об андрогинах это прежде всего миф о сиамских близнецах.  В реальных же отношениях речь может идти только о духовной и душевной близости, запрет на инцест существует в течение многих веков во всех культурах. Решнер служит при короле кучером, то есть символически он соединяет пространство фемининного с пространством маскулинного, пространством Логоса. В сказке это происходит в буквальном смысле.  Заметим, что в сказке вовсе не упоминается об отце девушки, как будто его совсем нет. Брат для нее – единственный представитель мужского мира. Это не патриархальный Анимус с ригидными установками, а истинный проводник, ведущий, везущий девушку к встрече с чем-то большим, чем является он сам. 

В реальности старший брат часто служит для девочки, девушки таким проводником в новый мир. Его черты зачастую проецируются на избранника, а его потеря становится страшной трагедией. Если же такого брата нет в реальности, он присутствует в фантазиях.  В рассказ Людмилы Улицкой «Брат Юрочка» девочка Надя придумывает себе старшего брата, а потом обман раскрывается:

 

« - А про брата Юру наврала?

Надькины глаза остановились, как будто покрывшись пленкой. Рот чуть-чуть открылся, и она судорожно всунула между губами почти все кончики пальцев и начала их мелко-мелко грызть. И тут испугалась Женя:

-                     Надечка, ты что? Что с тобой?

Надя уткнулась и лицом, и всем своим мягким и плотным телом в Женин сухой бок.

Женя гладила ее по коричневой густоволосой голове, по толстой шелковой косе, по гладкой, под грубым плащом вздрагивающей спине.

-                     - Ну девочка, ну Надечка, ну что ты?

Надя оторвалась от Жени, сверкнула черными ненавидящими глазами:

-                     - Он есть! Он есть!

И горько заплакала. Женя стояла на чугунке, прожженной лучами летающей тарелки, и ничего не понимала».

Именно этот воображаемый брат вел Надю по жизни, помогал, поддерживал, направлял. Ее живость, активность, задор, целеустремленность, зарождающаяся женственность – все это от него, от этой внутренней фигуры, к которой всегда можно обратиться, посмотреть на себя и на мир его глазами. И когда в один момент этот образ разрушается, обесценивается, становится невыносимо больно. Девочку не просто поймали на вранье – ее лишили точки опоры.

 

Проводником в сказке может быть и младший брат. Маленький, шустрый, не обремененный никакими обязанностями и чувством долга, своевольный, свободный от любых правил и  установок, он проникает туда, куда, казалось бы, невозможно попасть. Убегая и исчезая, он заставляет себя искать, следовать за ним, и в конечном итоге приводит именно туда, куда надо. Мы можем рассматривать образ такого брата, как ту часть психики, которая чаще всего подавлена. Ведь контакт с ней чреват неприятностями – изменением спокойного уклада жизни, разрывом отношений, спонтанными поступками и решениями. Все это, безусловно, изменит жизнь, но решиться на эти изменения ужасно страшно.  Герой такого типа символизирует подчиненную функцию в юнговской типологии личности. М.Л. фон Франц в различных своих работах указывает, что в сказках символом подчиненной функции выступает «третий сын» - дурачок и простофиля. Именно он может добыть сокровище и получить в жены принцессу. Таков и наш младший брат.  «Можно сказать,- пишет М.Л. фон Франц, - что подчиненная функция строит мост к бессознательному. Она всегда тяготеет к бессознательному и к миру символов».

Такой персонаж присутствует во многих сказках. Я предлагаю рассмотреть его на примере африканской сказки «Сказка о сестре и ее озорном брате».

 

Сказка о сестре и ее озорном брате

 

Жили когда-то сестра и брат. Когда их отец узнал, что смерть приближается, он позвал свою дочь и сказал ей:
- Все, что твой брат захочет, ты должна дать ему. - И он умер.
Когда их мать была при смерти, она сказала своей дочери:
- Все, что твой брат захочет, ты должна разрешить ему.
Девушка ответила: - Хорошо.
И мать умерла. Вскоре брат девушки заплакал.
Сестра спросила его: - Почему ты плачешь?
Он сказал: - Я хочу освободить всех наших рабов, чтобы они могли идти туда, куда захотят.
Сестра сказала ему: - Не делай этого. Если ты дашь нашим рабам свободу, мы будем бедняками.
Он сказал: - А что наши родители говорили тебе?
И сестра сказала: - Иди и делай как хочешь.
Он пошел и сказал рабам: - Вы можете идти, я даю вам свободу.
Вскоре ее брат заплакал снова.
Она спросила: - Что случилось с тобой, почему ты плачешь?
Он сказал: - Я хочу сжечь наш коровник и всех наших коров.
Сестра сказала: - Не делай этого.
Но он возразил ей: - А что наши родители говорили тебе?
Она сказала ему: - Иди и делай все, что ты хочешь.
Он пошел, развел огонь у навеса для скота. Огонь сжег навес и скот. Вскоре он заплакал снова.
Его сестра спросила: - Чего ты хочешь?
Он сказал ей: - Я хочу сжечь все наше зерно.
Она сказала: - Если ты сожжешь все наше зерно, что мы будем есть?
Он ответил: - А что говорили тебе родители?
Она сказала ему: - Иди и делай что хочешь. Она вынесла часть зерна и спрятала его. Брат пошел, развел огонь и сжег зерно, после этого вернулся домой. Сестра принесла зерно и приготовила туво*; они поели.
*(Туво - очень густая мучнистая каша, которую едят с подливкой, национальное блюдо хауса.)
Однажды брат взял немного золы и привязал ее к платью сестры. Она ничего пе знала об этом. Рано утром девушка встала и пошла за зерном, а зола сыпалась позади нее. Она взяла зерно, вернулась, приготовила туво, и они поели. Когда сестра опять пошла за зерном, брат ее шел следом за ней до того места, где было спрятано зерно. Вскоре он опять заплакал.
Сестра спросила его: - Чего ты хочешь?
Он сказал ей: - Я хочу сжечь зерно, которое ты спрятала.
Сестра сказала ему: - Если ты сожжешь это зерно, что же мы будем есть? Ты сделал нас бедняками, отпустив рабов. Ты сжег скот и зерно. Не делай этого!
Но он сказал ей: - А что говорили тебе наши родители?
И тогда она сказала ему: - Иди и делай что хочешь.
И он пошел и сжег все зерно.
Вскоре он снова заплакал.
Сестра спросила его: - Что ты хочешь?
Он сказал ей: - Я хочу продать наш дом.
Сестра сказала: - Не делай этого. Ты сжег наше зерно, оставив нас бедняками. Ты хочешь оставить нас на улице, продав наш дом. Ты хочешь, чтобы я просила милостыню.
Но брат ее сказал ей: - А что говорили тебе наши родители?
Она сказала: - Делай что хочешь.
Брат пошел, привел людей, и они купили у них дом.
Тогда сестра сказала ему: - Я не могу оставаться в этом городе.
Она собралась, взяла своего брата и ушла в другой город. Там она оставила брата дома, а сама пошла работать в поле.
Брат собрал вместе детей и сказал им: - Идемте играть в цабе*.
*(Цабе, sabe (хауса) - бить, колотить (чтобы отсеять шелуху, кору и т. п.). Ср. tsaba - обмолоченное зерно.)
Он влез в ступку, а дети взяли пестики, чтобы толочь его ими. Но он выскочил из ступки, схватил детей, бросил их в ступку и истолок их пестиком. Затем он отнес каждого ребенка к двери хижины его матери и положил там.
Его сестра, зная плохой нрав брата, забеспокоилась и сказала: - Я вернусь домой.
Она пошла и увидела, что ее брат натворил.
- Что ты сделал? - закричала она.
Он ответил: - Я ничего не сделал, мы играли в цабе.
Она схватила своего брата и убежала с ним в лес.
К ним прилетела большая птица и сказала им: - Я хочу взять вас с собой.
И птица полетела вместе с ними. Когда она устала, то опустилась на дерево.
Между тем в городе люди вернулись с работы и увидели своих детей с расколотыми головами. Оседлали лошадей и поскакали искать брата с сестрой. Искали до тех пор, пока не устали, но так и не могли найти.
Брат взглянул на красную спину птицы, вынул свой нож и сказал сестре: - Я хочу проткнуть ножом спину птицы.
Сестра ответила ему: - Если ты проткнешь ее, она улетит и оставит нас на дереве.
Но брат возразил: - Я проткну эту птицу.
Он проткнул птицу. Птица улетела и оставила их на дереве. Тогда брат вызвал воду. Вода стала подыматься, она почти покрыла деревья. Тогда к дереву подплыли люди на лодке и спасли их.
Брат и сестра остановились в доме старой женщины, она спросила их: - Откуда вы пришли?
Они сказали ей: - Мы из другого города.
Она спросила: - Вы никого не знаете из этого города?
- Нет, мы никого не знаем здесь, - ответили они.
Старая женщина приготовила для них еду.
Когда они поели, она сказала им: - Всякий раз как наступает ночь, сюда приходит додо. Брат набрал камней и положил их в огонь. Все жители города были в большом страхе, они заперли двери и легли спать. Пришел додо, он шел по городу и кричал. Додо дошел до того дома, где находились брат и сестра. Он хотел съесть мальчика. Мальчик вынул из огня раскаленные камни и бросил их в додо. Додо проглотил эти огненные камни, и они прожгли его сердце. Додо умер. Мальчик снял с его ног сандалии и спрятал их, а потом пошел и лег спать.
Утром все увидели мертвого додо. Стали спрашивать: - Кто убил додо?
Сарки сказал: - Кто бы ни был тот, кто убил додо, я отдам ему свою дочь и половину страны.Все люди стали снимать сандалии со своих ног, но они не подходили к ногам додо. Один человек принес обувь из дома, но она тоже не подошла. И с другими людьми было то же самое.
Тогда сказали: - В хижине старой женщины есть двое чужестранцев, пусть им скажут, чтобы они пришли сюда.
Брата и сестру позвали, они пришли.
Мальчик надел сандалии на ноги додо и сказал: - Да, это я убил додо.
Сарки сказал ему: - Я даю тебе мою дочь и половину моей страны.
Так было. Сестра жила вместе с братом в доме сарки. Сказке конец. Я здорово наврал. Завтра утром, когда я проснусь, я найду кучу денег позади моей хижины.
________
Додо – злой дух. Сарки -  вождь.

 

 

В сказке напрямую не говорится, что брат младше сестры, но это хорошо чувствуется. Перед смертью родители дают наставление дочери: она должна делать все, как захочет брат. Возможно, родители не видят потенциала к развитию в дочери, или же, наоборот, видят его в сыне. А может быть, ими просто движет убеждение, что главой семьи должен быть мужчина, сколько бы ему ни было лет.  Так или иначе, единственное, что должна делать девушка – это следовать за братом. Согласитесь, весьма необычная ситуация. Современные дети (и вполне взрослые люди) чаще всего сгибаются под тяжестью родительских проекций и ожиданий, проживая не свою, а их, родителей, непрожитую жизнь. Проходят годы, прежде чем человек находит в себе силы прислушаться к внутреннему голосу, следовать его зову, и таким образом найти свое призвание. В какой момент это происходит? Возможно тогда, когда совсем теряется ощущение полноты жизни и остро встает вопрос: или я продолжаю существовать, или начинаю, наконец, жить.

Вернемся к сказке.  Брат последовательно разрушает все, что было создано родителями: освобождает рабов, сжигает скот и зерно, и, наконец, продает дом.  На символическом уровне происходит полное освобождение от старых ценностей, от того, что поддерживает тело. Разрушается связь с землей предков.  Но этого недостаточно. На новом месте сестра все еще продолжает вести себя, как прежде – они идет работать в поле. У нее нет другого способа жить. Она цепляется за то, что привычно и понятно, пытаясь создать себе хоть какую-то опору.  Переезд с места на место еще не означает начала новой жизни. Часто человек обнаруживает, что попытка изменить жизнь не удалась – он вновь занял ту же нишу, что и прежде, только в других декорациях. Можно ли тогда говорить о росте и развитии?  Брат совершает ужасный поступок, таким образом вынуждая сестру бежать. Именно с этого момента в сказке начинается настоящее волшебство. Мы вступаем на территорию бессознательного. Огромная птица с красной спиной, поднимающаяся по слову мальчика вода – мы можем думать о контакте с другими стихиями, где мальчик чувствует себя комфортно. Он знает, как ими управлять. Сестра же оказывается в совершенно непонятной ситуации – между небом и землей, лишенная возможности что-то делать, планировать. Такое своего рода переходное пространство, в котором действительно можно и нужно довериться своим снам: как вода приносит людей на лодках, так и сны могут вынести из глубин бессознательного что-то важное.   Появление злого духа додо, который хочет съесть мальчика, не случайно. Что же может быть проще, чем поглотить, проглотить источник возбуждения и беспокойства, и, забыв о «временном помешательстве», вернуться к простому, привычному и понятному. Однако мальчик убивает додо, и в качестве доказательства демонстрирует его сандалии. Вообще обувь может символизировать отношение к реальности, а также стремление к власти (вспомним устойчивое выражение «подкаблучник»). Одно другому не противоречит, ведь мы можем говорить о стремлении утвердиться в своих жизненных принципах и навязать их другим. Таким образом, снимая и присваивая сандалии  поверженного злого духа, брат частично соприкасается с его принципами, присваивает их. Как будто «заземляется». Затем брат получает награду – половину страны и дочь вождя. Больше нет нужды совершать глупые поступки, скитаться и убегать от погони. Та часть психики, которая ранее вызывала лишь раздражение, полностью принята и признана, интегрирована в сознание. Часто нам проще объяснить то, что происходит с нами, случайностью, совпадением, удачным или неудачным стечением обстоятельств. Хотя то, что внезапно прорывается наружу и приводит к совершенно неожиданным последствиям, вполне может быть попыткой починенной функции выйти на свет, установить связь с сознанием.

Итак, в этой сказке мальчик-проводник  совершает свою работу: выводит сестру из привычной жизни и помещает ее в новые, гораздо лучшие условия. Здесь нам важен опыт отказа от привычного способа мышления и действия, способность установить контакт с бессознательным и быть в этом контакте, не прерывать его преждевременно. Смотреть сны, давать выход творческой энергии, не бояться совершать ошибки,  и таким образом выйти на новый уровень осознавания себя.

 

 

Оставить комментарий

Комментарии: 0